Ты парень, ты жаждешь новых знакомств, но тебе надоело преодолевать себя и что-то выдумывать, чтобы подойти и познакомиться с красоткой.
Ты девушка, ты безумно хочешь любви, ты устала ждать принцев, ждать пока понравившийся мужчина найдет тебя. Да и найдет ли он сам, еще вопрос.
Интернет - знакомства – это одно из великих открытий для всех жаждущих новых друзей и общения. И не важно где ты сейчас. Это знакомства в Москве, любом другом городе России или вообще в другой стране. Знакомство в Интернете это реально на все 100% – секс-знакомство, интим, серьезные отношения – дружба и любовь на любой вкус и цвет, на любой возраст.
Внимание:
У Вас отключены Cookies. Наш сайт работает с ошибками.
Мы совпали с тобой
Мы совпали с тобой,
совпали
в день, запомнившийся навсегда.
Как слова совпадают с губами.
С пересохшим горлом —
вода.
Мы совпали, как птицы с небом.
Как земля
с долгожданным снегом
совпадает в начале зимы,
так с тобою
совпали мы.
Мы совпали,
еще не зная
ничего
о зле и добре.
И навечно
совпало с нами
это время в календаре.
Роберт Рождественский
Принцы были и будут разные.
Все зависит от точки зрения.
Будни будут иль пышные праздники,
Принца наличие – суть везение.
Маленькой барышне, даме шикарной
Строгой и чопорной, умной и дуре,
Даже волшебнице, ведьме коварной
Принца подать – суть потворство натуре.
Все почему? Что ими движет?
И отчего не судьба, по их мнению?
Чем больше барышень, тем принцы ближе,
Чем меньше шансов, тем больше сомнений…
Принц, он себя не покажет до времени.
Разьве логично себя обнаруживать?
Если вокруг, все сошлись тут во мнении,
Масса желающих принцам услуживать…
Как не польстить ему, как не слукавить?
Это не сложно – тут слово, тут жест…
А каково это – властвовать, править?
Приносит ли принцу это блаженство?
Вот и старается он незаметно
По сторонам посмотреть, поисследовать…
Женщину встретить ту самую – редкость!
Чтобы могла передать и наследовать…
Чтобы любви не боялась и горечи,
Чтобы идти могла сзади и спереди.
Надо ли дальше продолжить? Иль помощи
Нужно просить у себя…без сомнения!
В каждой есть эта принцесса, царевна.
В каждой есть клад и тайник не открытые.
Встреча, момент, взгляд, намек…и, наверно,
Оба увидят, почувствуют… Это мы!
(aramat)
В нарисованном мире бушуют реальные страсти.
И усталые рыцари снова уходят в поход.
И живем мы с тобой в этой неге и призрачной власти.
И любимый художник нас снова в свой мир поведет.
Он откроет нам дверь в это царство стихий и иллюзий,
В не рассказанных притчах застыли иные века.
И как светятся души и страсти, и дивные люди.
То взирают с улыбкой, то снова глядят свысока.
Танцевала с де Садом, с шутом по аллеям бродила,
В старом парке ждала Дориана напрасно, увы.
Мастер тихо следил, и меня поразила та сила,
И тот свет небывалый, летящей навстречу листвы.
Странник в дальних мирах, он всегда возвращался обратно.
Но старинные замки застыли в извечной тоске.
Гибкость женского тела, полет и любви и азарта,
И какие-то знаки и письма на желтом песке.
О, отчаянный путник, какое великое счастье
Повстречать тебя где-то, где сходятся тени и сны,
В нарисованном мире мы встретим любовь и участье.
И во взгляде философа, и в растерянном взгляде княжны.
Нас отправит на казнь беспощадно его королева.
И проснется Дали, продолжая отчаянный спор.
В нарисованном мире, заблудилась, остаться хотела.
Но ковер самолет переносит в реальность, и скоро
Я останусь в тиши и покое забытого дома.
Только знаю, что там, в мастерской остается душа.
В предрассветной тиши, в это небо и бездну влекома.
Пред твореньями снова застыла, почти не дыша.
Зачем жалеть о прошлом.
Былого не вернешь.
Казалось невозможным,
А все еще живешь.
Вплетаю ленты алые
В червонную косу.
И поцелуи шалые
На плечиках несу.
В глазах дурман таежный,
Да серебро луны.
И нет в тоске дорожной
Смертельной глубины.
Иду, а поцелуи
Горят и шею жгут.
Зачем же я ревную,
Зачем обмана жду.
Упала с плеч косынка
На золотистый мох.
Укуталась тропинка.
В густой чертополох.
(от Веры)
Полночь без шести, джаз из колонок
наперегонки с прожитым днем,
старенький Париж в пыли кинопленок,
ретушь ночника мягким углем,
сумерки дышат лукавым туманом
с нотками амбры в чаду площадей,
новые рифмы красивым обманом
прячут от снега уставших людей.
дождь или снег, а быть может все вместе,
в месте, где Сена рисует Неву,
выпала карта: троечка крести,
да к черту все масти, жива и живу,
и буду пить кофе не утром, а вечером,
с куском рафинада, чтоб не уснуть,
я вижу кошмары не о конечном,
я вижу начало пути, но не путь,
я чувствую жженье в районе гортани,
несказанных слов зудящий пожар.
но я разучилась беседовать с вами,
а вы иронично: «моя госпожа»
смеетесь, ну что же, смеяться полезно,
вон шпили церквей, поклянитесь на них,
что эта парижская вечная бездна
хотя бы когда-то была для двоих.
а в утренней дымке, как невидимки
фигурки прохожих, да фар светлячки,
давайте засветим ненужные снимки,
да обнулим по всем турам очки.
(от Веры)
Могу быть лукаво-наивной,
могу быть кокетливо-дерзкой,
нехитрым мажорным напевом,
непонятой всеми пьесой,
могу жить, как карта ляжет,
могу через край и в омут,
ни ангел, ни бес не укажут счастливой дороги.
Стонут шеренги опавших листьев,
кровавя плацдармы сквера
и вместо пропавших мыслей
одна мозговая сера,
а в каждом нетвердом шаге,
в шершавости сгубленных бронхов,
в глотке из походной фляги,
в распитии жизненных соков
из горлышка и без закуски,
во всем этом в переводе
из русского и на русский
всего лишь мечта о свободе,
о новой счастливой доле,
и мы ведь стекло не крошим,
и мы не играем роли,
мы просто живем, как можем,
другим не желая боли…..
(от Веры)
Душит нервы, морочит голову
эта осень на заячьем острове,
эта осень не просит, просто вы
отдаете себя поровну
и дождям, изливающим душу,
и чахоточной кляксе солнца,
что порой забредает в лужи,
и серой глазнице колодца,
где нету ни звезд, ни эха,
а только окурки, где-то
в районе полудня прореха
на небе с пометкой «лето»
окажется глупой шуткой,
осенним похмельем, мерим
шагами дугу переулка,
мнем грудь мостовых и верим,
что осень-болезнь природы,
что мы неповинны в серости,
в помятости лиц, и кто бы
нам не указал на прелести
раздетой дождями осени,
ее сонных ласк и крика,
над белым дыханьем простыни,
мы до последнего мига,
пока снег не станет данностью,
приказав грудь стянуть шарфами,
мы будем бояться радости,
мы будем придумывать сами
сказки про злую осень,
про нездоровый климат,
про обостренье неврозов,
про ломку сюжетных линий,
мы будем бояться радости,
спасая себя в запоях,
мы так и будем до старости
винить не себя, но многих.
(от Веры)
Который раз нам не хватает солнца
и мы клянемся, будто дождь милей,
который раз под грубою коростой
скрываем то, что нам всего больней,
который раз клянем во всем надежду,
который раз, укутывая боль
в промокшие осенние одежды,
мы продолжаем собственный юдоль,
не веря, да и не желая верить,
что все пройдет, что сдюжим, вот вам крест,
себя на прочность нелегко проверить,
еще трудней в полшага до небес
сорваться вниз и все начать сначала,
еще, еще, и так до хрипоты,
до милого укромного причала,
до нежных губ, до сбывшейся мечты.
