СЕГОДНЯ: «ЭЙ, БИБЛИОТЕКАРША С ДЛИННЫМИ НОГАМИ, ПОЙДЕШЬ С НАМИ В БАНЮ?», А ЗАВТРА: «С НОЧИ И ДО ЗАРИ В РАЙ ПРОПУСКАТЬ ДЕСАНТ»
Умная дама с Северо-Запада: Одиноким быть хочется только на время, чтоб отдохнуть от суеты и разобраться в собственных заморочках, а постоянного ничего и быть не может, ведь каждую минуту что-то меняется…
Я: Это точно! «Сегодня мы кушаем булки и платим за даму в кино, а завтра на водной прогулке пойдем утюгами на дно». Хотели до Ергаков доехать и остановиться в гостиничке, на которой знаменитый плакат висит, где два чмошных на вид мужичка модель вопрошают: «Эй, библиотекарша с длинными ногами! Пойдешь с нами в баню?», который даже губернатор одобрил, но вдруг закружило вокруг, запюржило седой пургой… И «форд-фокус», хоть и переднеприводная машина, на горку не влез. Остановились у маленькой часовенки на месте, где вертолет генерала Лебедя разбился, весьма на вид убогой. Чин достал ключ и отпер замок, но внутри было не лучше: на полочке стояло лишь несколько бедных иконок, которым в базарный день 30 руб. красная цена. Во время «лебединой песни» меня в Кр-ке не было, я выполнял задание партии и правительства в других местах земшара, но вокруг там тоже были горы. От правления генерала мне не холодно, не жарко, но любая смерть заслуживает уважения. Он был десантник, летал в грозу и бурю и гордо заявлял, что смерть его в небе не найдет. Она и не стала: вертолет задел ЛЭП, хотя на много км в окрестностях другой не было, в момент, когда запюржило также, как сейчас, а через пару минут опять сияло солнце, только разбитая машина валялась на земле. Я вспомнил не наши горы, где наша переднеприводная «кореянка» тоже не одолела подъем, а с него катился тяжелый военный «Урал». Снег только что выпал и по бокам дороги сияли голубые сугробы, но в последний момент водила-ефрейтор сумел-таки переложить руль, и нам лишь срезало, как мясорубкой, левое крыло. У нас за рулем сидел молодой полу-таджик, полу-японец, папу которого какой-то пленный самурай во время ирригационных работ где-то в Голодной степи заготовил, и он на миг из смуглого азиата стал белым человеком. Была с нами и проститутка-мулатка, полу-казашка, полу-кореянка, которых на местном языке «чегубя» называют и которую мы за каким-то рожном потащили из публичного дома в горы. Главной причиной, конечно, была благотворительность, потому что она оч. просила сфотать ее возле красивой цвета «брызги шампанского» машины в горах, чтобы она могла отослать снимки маме, что она не путана, а на инофирме работает. Ее п. в памяти не осталась, потому что она пила всю дорогу и ночью от нее было мало толку, а вот ее странную кошачью физиономию и волосы золотистого, под колер авто, цвета (естественно, крашенные) запомнил. В переводе ее имя что-то вроде Лунного цветка означало, а я думал, что такое только в китайской классической литературе бывает. Под утру она очухалась и долго лизала мне пальцы ног - этой приятной, хоть и непривычной ласке я был несколько удивлен, потому что оплата ничего сверх программы не предполагала, впрочем, это могла быть благодарность за поездку и кучу фоток, что я ей сделал. Наутро мы расстались, чтобы никогда не встречаться, а сегодня вечером на капоте «кореянки», припаркованной возле подъезда, когда я возвращался домой с загородной прогулки, сидели в черном фраке с белой манишкой огромный котище и кошка необычного тигрового цвета. Стал их фотографировать, но они быстро удрали - не потому что меня испугались, а потому что охотились за голубями. По поверьям древних хакасов, плохие люди после смерти в ночных хищных птиц превращаются, хорошие (что нам не светит) - в дневных, а умершие во младенчестве дети - в ласточек. "И по облакам скользя, взлетят наши души..."